Всё начинается с Надежды

размещено в: Интервью 0

Динамовское фехтование невозможно представить без Надежды Александровны Арской. Почти двадцать лет она защищала честь родного клуба (и страны!) на фехтовальных дорожках, а завершив спортивную карьеру, возглавила его. Благодаря усилиям Надежды Александровны, на которые она не скупилась на протяжении более чем 40 лет, клуб стал успешным и процветающим. В его стенах выросло много высококлассных спортсменов.

В дни своего юбилея чемпионка мира, член президиума московской городской организации «Динамо», вице-президент Федерации фехтования Москвы, член совета старейшин Федерации фехтования России Надежда Арская рассказывает, почему фехтование стало ее судьбой, о своих надеждах, победах и преодолениях.

– Надежда Александровна, как вы попали в фехтование?

– Я родилась в семье известного фехтовальщика Александра Андреевича Иванова. Папа фехтовал на карабинах с эластичным штыком, в послевоенные годы это был популярный вид оружия. К сожалению, культивировался только в нашей стране. Четыре года подряд, с 1951 по 1954 год, папа становился первым на чемпионатах Союза. Последний раз выступал в 1959 году, на Спартакиаде народов СССР. Правда, занял только второе место: был уже возрастным спортсменом (он 1920 года рождения).

Папа вел секцию фехтования в МВТУ имени Баумана и воспитал много мастеров спорта. В их числе был Алексей Елисеев, ставший впоследствии летчиком-космонавтом. Дома у нас сохранилась фигурка слона с табличкой «Иванову Александру Андреевичу. За Лешу и его последователей».

Вообще у нас целая фехтовальная династия. Мой брат Юрий Александрович Иванов – мастер спорта, заслуженный тренер СССР, подготовил трехкратного чемпиона мира в командном первенстве, серебря-ного призера Олимпийских игр 1988 года в Сеуле саблиста Сергея Коряжкина, чемпиона мира среди юниоров Володю Прокина. К сожалению, Юры уже нет. Двоюродная сестра Марина Соболева в 1981-м выиграла первенство мира среди юниоров, в том же году вошла в состав национальной сборной и стала чемпионкой мира в командном первенстве. А затем еще раз – в 1986-м. Моя дочь Кристина – мастер спорта по фехтованию. Сейчас выступает по ветеранам, выиграла Европейские игры мастеров 2015 года, которые проводились во Франции.

– Внуки продолжили династию?

– Внук увлекается футболом. Но приходит за меня болеть.

– Вы родились в 1945 году…

– Да, я дитя Победы. Десять лет назад в честь юбилея Победы я написала стихи:

Я благодарна вам, солдаты, Великой, страшной той войны,
Что не щадили свои жизни, Нас защитили от чумы.
Мой год рожденья – сорок пятый, И я – дитя Победы той,
И юбилей шестьдесят пятый Встречаю вместе со страной.
Горжусь своей отчизной славной,
Фашизму давшей смертный бой.
Россия, Родина, Победа,
Навеки вы в душе со мной.

Но если говорить о датах, то для меня очень значимым стал 1963 год. Начать с того, что в фехтование я пришла только в 1961-м. Мне было 16 лет.

– Почему так поздно, если отец был фехтовальщиком?

– В детстве я была очень спортивная. Мы жили в Сокольниках, и я постоянно выступала за Сокольнический район в соревнованиях по лыжам, по легкой атлетике, по гимнастике. И когда папе дали квартиру на Войковской, я пришла на стадион «Динамо» записываться в легкоатлетическую секцию. А потом поднялась на второй этаж, к папе в фехтовальный зал. И мне там понравился мальчик, он у папы фехтованием занимался. Я осталась. Мы тогда с подружкой, одноклассницей моей, пришли, с Таней Воробьевой. Она тоже стала мастером спорта. Папа и был моим первым тренером.

– Чем знаменателен оказался для вас 1963 год?

– В том году я окончила школу и поступила в Московский авиационный институт. Первые полтора года, являясь студенткой дневного отделения, не только училась, но и работала. Моя трудовая книжка начинается с записи: «Токарь-револьверщик 2-го разряда». То есть мама поднимала меня в 6:30 утра, и я шла на завод «Авангард» на смену, которая заканчивалась в 15:30. После этого у нас была учеба. Бывало, что работали в вечернюю смену, до 23:00, а учились с утра. Смена длилась 8 полных часов. И так 3 или 4 раза в неделю. Кроме того, я тренировалась. Самое интересное, что успевала везде. Тяжело, конечно, было, но справилась. Хорошую школу прошла. Иногда я в шутку говорю, что и замуж вышла поздно, в 26, только после того, как институт окончила.

Еще в 1963 году я участвовала в Спартакиаде народов СССР. Фехтовальный турнир проходил в трехзальном корпусе МГУ недалеко от Лужников. Там шли параллельные зачеты по взрослым и по юниорам. Я к тому моменту занималась всего два года, выступала по юниорам. Мне пришлось бороться с более опытными соперницами, причем папы рядом не было. Последний бой. Если я выигрываю, то становлюсь первой. Мы фехтуем на 4 укола, счет 3:3. Я думаю: сейчас нанесу укол – и чемпионка… И промахиваюсь. Попадаю в перебой. В результате заняла только третье место. Зато в команде выиграла решающий бой. Меня качали, потому что мы не только стали чемпионками, но и заняли первое место в общекомандном зачете: Москва обошла РСФСР. В принципе я командный боец. Неоднократно поднималась на пьедестал почета на чемпионатах СССР: 11 золотых медалей, 3 серебряные.

А в 1965 году я впервые выступала на чемпионате СССР и сразу же пробилась в финал. Тогда женщины фехтовали только на рапире, и конкуренция была очень высокая. В личных на пьедестал не попала, зато в команде мы заняли первое место. Папе это было очень приятно, потому что именно в Каунасе он впервые стал чемпионом СССР. Помню, я стояла на пьедестале, а он подошел меня поздравить с громадным букетом цветов.

– Начав тренироваться у отца, вы спустя время стали ученицей Ивана Ильича Манаенко. В связи с чем к нему перешли?

– Вообще наша динамовская секция началась с Михаила Васильевича Слепцова – заслуженного мастера спорта, заслуженного тренера СССР, а также с Раисы Ивановны Чернышевой. Потом в «Динамо» пришли Манаенко, папа, Александр Петрович Перекальский, позже возглавивший рапирную сборную страны. Это костяк. Папа фехтование совмещал с секцией пятиборья. И в конце концов стал вести фехтование у динамовских пятиборцев. Он, кстати, был заслуженным тренером РСФСР: его ученик Владимир Галавтин стал победителем первенства мира среди юниоров по современному пятиборью. А я перешла к Манаенко.

– Ваш отец был штыковиком. Вас он учил фехтовать на рапире, в пятиборье фехтуют на шпаге. То есть он владел всеми видами оружия?

– Он и на сабле фехтовал. К сожалению, не получил спортивного образования. Да и вообще высшего образования. Но зато был фехтовальщиком от Бога!

– Вы выступали в составе сборной СССР, в которой фехтовали многоопытнейшие Галина Горохова, Александра Забелина, более юная, но уже титулованная Елена Белова. Как вас приняли, как вы чувствовали себя в команде?

– Я дружила и с Галей, и с Шурой. И с Валей Растворовой, которая уже завершила карьеру. С Вали я всегда брала пример: она была большая модница, и я старалась не подкачать. Еще я всегда понимала, что мы не просто спортсменки, фехтовальщицы. Считала, что когда мы куда-то выезжаем, то представляем свою страну. Поэтому и вести себя должны соответственно.

– Не секрет, что в той команде между Гороховой, Растворовой, Забелиной – все они динамовки, как и вы, – были очень сложные отношения. Насколько это ощущалось?

– Может быть, в ситуациях, касающихся чего-то личного, это и было, но, когда они выступали единой командой, забывали обо всем.

– Соперничество внутри команды было?

– Соперничество существовало, когда надо было выигрывать личные соревнования и отбираться в сборную. А уж если попал в команду, то все, должен выступать за страну.

– В каких турнирах вам довелось участвовать в составе сборной?

– Уже в 1965-м я выступала на Универсиаде в Будапеште. В 1967-м мы эти соревнования пропустили, Советский Союз их бойкотировал из-за Северной Кореи. В 1970-м выиграли командой, и я стояла на пьедестале почета.

С 1967 года ездила на турниры команд социалистических стран. Участвовала в Кубке европейских чемпионов. В 1971-м – чемпионат мира. И так далее, и так далее. Выиграла этап Кубка мира на Кубе, в польском городе Катовице, была второй на Кубке Белоруссии, а командой мы его выиграли… Раньше, конечно, на соревнованиях физическая нагрузка очень большая была. Помню, на одном турнире сначала проводили командные соревнования, потом личные, а приезжало порядка 250 человек. И вот в первый день командных я провела больше 20 боев. Система была круговая: из шести команд три проходят – и так до шестерки. И во второй день так же.

На третий день Иван Ильич говорит: «Надя, вставай!» – надо было фехтовать в финале. А не встается. Я весила 48 килограммов. Мне было чисто физически тяжело. Сейчас система в этом отношении более гуманная.

– Вы были маленькой, хрупкой – за счет чего выигрывали?

– Я была очень скоростная, координированная и растянутая. Выпад – в полдорожки. До сих пор на шпагат сажусь. Иван Ильич любил давать мне уроки, потому что я все делала с листа. Часто, намекая на то, что я худенькая, спрашивал: «Надь, ты когда-нибудь вспотеешь?» Я отвечала: «Мертвые не потеют». Спортом я все время занималась, с самого начала школы. Очень много дал мне первый учитель физкультуры Борис Николаевич Виноградов. До сих пор вспоминаю его уроки. Однажды встретилась с ним в метро. К тому времени я уже выиграла Кубок Москвы. Он был так рад, что я продолжаю заниматься спортом, что побеждаю!

– А в МАИ вы пошли, потому что рядом находится?

– Честно говоря, стыдно было идти в институт физкультуры. Я училась хорошо, немножко не дотянула до медали: в аттестате всего две четверки. МАИ мне очень много дал. В плане организации мыслей, в плане умения собираться, все раскладывать по полочкам. В работе мне это очень помогает, потому что вообще-то я неорганизованный человек.

– Чтобы успешно учиться в таком вузе, надо математику понимать, физику. То есть у вас скорее технический склад ума, нежели гуманитарный?

– Наверное, да. Хотя вот в каком-то возрасте я начала писать стихи. Бывают такие состояния, что очень хочется выразить. Например, незадолго до Олимпиады в Сочи я сломала руку. И вот лежу, а внутри предощущение большого спортивного праздника…

Волненье, трепет, ожиданье –
Олимпиады чувствую дыханье.
Полмира соберет экран.
Спортсмены будут править бал.
Олимпиада, Сочи и Россия –
Весь мир услышит это имя
И будет повторять на разных языках
На континентах и на островах.
Россией будем мы гордиться!
Победу ждем от наших олимпийцев,
Медалей столько, чтоб не счесть,
И гимн России в нашу честь.

– Вам самой, к сожалению, в Олимпиаде не довелось участвовать…

– Не сложилось. В 1972 году я в принципе хорошо шла по очкам. И вроде попадала. Но в итоге не поехала. Мне было тогда уже 27 лет. Но я продолжила выступать. В 1973 году отбиралась на чемпионат мира, который должен был состояться в Швеции. В мае заняла второе место в личных на турнире соцстран, командные мы выиграли. Но чувствую: меня стало тошнить. Прошла обследование – шесть недель беременности. Все говорили: «Дура! Ты уже попала в команду!» И все же я не поехала: ребенок дороже. И мало ли что – вдруг я подведу команду? Хотя, говорят, многие выступают на таком сроке. А там уже и Манаенко ушел, в сборную пришел Житлов с казанскими спортсменками… Я и после рождения Кристины выходила на дорожку – была третьей на этапе Кубка мира в Гёппингене, выиграла турнир в Польше. Но в то время в сборную пробиться было уже совсем нереально. Да еще мой склад характера: сейчас я стала немного жестче, а раньше все близко к сердцу принимала, сильно волновалась, мне это мешало очень. Манаенко всегда ставил меня на первый бой, чтобы не перегорела. Однако и заканчивать мне однажды довелось. На чемпионате мира меня поставили на последний бой вместо Гороховой, которая не смогла фехтовать из-за травмы. Надо было нанести минимум два укола. И я их нанесла, а до этого сидела в запасе.

Последнее мое выступление состоялось в 1979 году на Спартакиаде народов СССР. Запомнилось оно тем, что в личных соревнованиях я получила травму – повредила на ноге большой палец. К командным он так распух, что я еле ногу в тапочек засунула. Но провела все бои, в том числе два в финале, хотя не могла стоять. Мы выиграли. Столько радости было, что боль преодолела и на высокой ноте закончила! И, считай, только сошла с дорожки – Манаенко предложил мне возглавить фехтовальный клуб «Динамо», тогда это была еще СДЮШОР.

Дело в том, что по окончании МАИ меня официально распределили в московскую городскую организацию «Динамо». С этим до министра дошли. Он спросил: «Ну, хоть что-то там из электроники есть?» Я ответила: «Табло буду зажигать!» Так что я была динамовским работником. Когда стала директором, ко мне в подчинение попали и Забелина, и Растворова, и Манаенко, и Дорожков. Я горжусь тем, что, когда вступала в партию, рекомендацию давали Растворова, Манаенко и Дорожков. Мне было тогда 35. С того момента прошло уже 40 лет…

– Как вам при в общем-то мягком характере удавалось успешно руководить легендарным клубом все эти годы?

– Непросто было. Ну, во-первых, те люди, которыми мне пришлось командовать, были намного старше и значимей меня. Кто-то однажды спросил: «Вы можете что-то приказать Манаенко?» И я, волнуясь, ответила: «Могу». Самое важное для меня сейчас: раз Манаенко выбрал меня, я должна все сделать, чтобы не уронить знамя динамовского фехтова- ния, чтобы сохранить традиции великой школы.Во-вторых, у клуба, как и у всего российского спорта, случились тяжелые времена – 1990-е. «Динамо» осталось фактически без средств к существованию, потому что никогда ни копейки не брало из бюджета. Надо было как-то выживать. И вот мы создали фехтовальный клуб «Эфес», который объединял все виды оружия. Наши помещения – один большой зал и два поменьше – находились под трибунами стадиона. Один из них переоборудовали и отдали под офисы. Нашли партнеров, которые помогали нам выживать. Из-за того, что мы находились под футбольным клубом, нам выставляли космические счета за электроэнергию, за воду. Чтобы меньше платить, мы поставили свои счетчики. Также пришлось объяснять тренерам, что, если раньше экипировка выдавалась бесплатно, теперь такой возможности нет.

Невозможно сосчитать, сколько раз я ходила к руководству, кланялась, просила, требовала. Не сказать, что я очень пробивная, но благодаря каким-то своим качествам все же добилась, и нас взяли на зарплату. Плюс к тому в «Динамо» часто менялось руководство, и это не лучшим образом сказывалось на нашей жизни. Очередная смена, к примеру, случилась в начале 2016 года. Проходят февраль, март, апрель – все это время мы не получаем зарплату. Я набралась смелости и отправила напрямую Алишеру Бурхановичу Усманову письмо, в котором написала, что мы можем потерять клуб. Очень благодарна ему за быстрый ответ: он выделил нам 5 миллионов рублей, благодаря которым мы выжили. И больше того – он не просто дал деньги, а еще позвонил руководителям «Динамо» и спросил: «В чем, собственно, дело?» Сразу же вопрос с зарплатами был решен.

– Надежда Александровна, ответьте, пожалуйста, на такой вопрос. В фехтовальном клубе есть спортсмен, есть тренер и есть руководитель. Каждый из них стремится к успеху. Для спортсмена успех – это его победы, для тренера – победы учеников, для руководителя – попадание спортсменов клуба в сборную, их медали на соревнованиях разного уровня. Какими качествами каждый из них должен обладать, чтобы достичь своих целей?

– В первую очередь хочу сказать, и для меня это догма, что главная фигура в спорте – это тренер. Задача руководителя – создать все условия, чтобы тренер мог работать. Это и достойные зарплаты, и помощь в выделении квартир, и освобождение от бумажной работы. Меня бухгалтер часто ругает за то, что я много на себя беру. Я отвечаю: «Нет, тренер должен быть в нагруднике, со спортсменом, должен давать уроки». Это главное.

– Хорошо, тренеру предоставили лучшие условия. А каковы требования к нему?

– Это должен быть профессионал. И хорошо, чтобы перед тем, как стать тренером, он прошел бы свой определенный путь в фехтовании. С нуля тяжело. Хотя есть примеры: Житлов не был фехтовальщиком, но стал фехтовальным тренером. Тренер должен быть трудолюбивым, работать с полной самоотдачей. Для меня пример – Иван Ильич Манаенко. В 3 часа дня он приходил в зал, надевал нагрудник и только в 9 часов вечера снимал его. Тренер постоянно должен давать уроки. Нельзя воспитать спортсмена без достаточного количества уроков.

Необходимо быть требовательным, но в то же время очень внимательным. Важно быть хорошим психологом. Опять же пример – Манаенко. Не знаю, откуда он все это вытаскивал, как у него получалось нас мобилизовать. Он знал, кому что сказать, кого приласкать, кого, наоборот, отругать.

– Вы сами в качестве тренера выступаете? Уроки даете?

– Я набирала группу из маленьких детей. Кто-то из них выполнил норму кандидатов в мастера спорта. В свое время я тренировала Светлану Руцкую – сейчас уже бывшую жену Федора Бондарчука. Она тоже дошла до КМС. Сейчас я тренирую Инну Родионову, которая выступает по ветеранам. Год назад она стала чемпионкой мира.

– Вы в спорте много лет и наверняка знаете, какие свойства характера нужны спортсмену, чтобы выигрывать…

– Трудолюбие, целеустремленность, любовь к фехтованию. Возьмем, к примеру, ветеранское фехтование. Многие думают, что им занимаются те, кто в молодом возрасте не сумел в спорте ничего добиться. А я вижу, как эти люди любят фехтование, с какой отдачей тренируются, приходя в зал на два часа по вторникам и четвергам. Я уверена, что именно сумасшедшая любовь к фехтованию, даже одержимость, позволяет добиваться успеха.

И еще, конечно, необходима способность к преодолению трудных жизненных обстоятельств, боли. Объясню на своем примере. Однажды я попала в жуткую аварию, результатом которой стало смещение шейных позвонков. Мне грозила полная парализация. Я перенесла сложнейшую операцию с местным наркозом в институте Склифосовского, месяц лежала на вытяжке, три месяца ходила по пояс загипсованная. Все это результата не дало. Новая операция, на которую пришлось собрать 8 тысяч долларов, длилась 9 часов. Она прошла 3 июля. Это был страшный день – не стало моего брата Юры. В августе я вышла на работу. Все это случилось в 1996 году, а в 2002-м я стала чемпионкой Европы по ветеранам. Было и еще много всего, так что боли я перенесла – на 10 человек хватит.

– Каким характером должен обладать спортивный руководитель? Это же, по сути, капитан большого корабля?

– Конечно же, он должен любить свое дело. Быть преданным – делу, клубу, которым руководит, обществу, в котором служит. Не остывать, все время двигаться вверх, вверх, вверх. Не удовлетворяться достигнутым, не останавливаться ни в коем случае. Хранить традиции своего клуба и преумножать их. У нас, например, существует преемственность поколений. Все сегодняшние тренеры выросли в нашем клубе. Они с детства здесь, клуб им как родной дом. Гараева, покойный Вдовиченко, Зуев, Мерзликин, Фахрутдинова – все наши воспитанники. Из молодого поколения: Голубев, Рыбакова. Еще одна традиция: никакой спешки, не пытаться получить результат прямо сейчас любой ценой. У нас ведется очень тщательная работа. Это идет еще от Манаенко. Именно в этом заключается знаменитая динамовская школа.

– Вы были совсем молодой женщиной, когда пришли в клуб директором. Вам приходилось проводить в нем очень много времени. Были в связи с этим какие-то сложности в семейной жизни?

– Муж тоже работал в «Динамо». В том, что супруги вместе работают, есть свои минусы и свои плюсы. Но муж мне много помогал. У него светлая голова. А дочь Кристину фактически вырастила мне мама. Да, я уходила на работу утром и возвращалась домой вечером. Тем не менее справлялась. Закалка хорошая.

– Вы активный участник ветеранского фехтования. Когда начали, что подтолкнуло к этому?

– Начала в 2002 году. Моему внуку тогда было 4 года. И он не верил, что я фехтовальщица. Смотрел фотографии и говорил: «Надя, ну что ты, это не ты!» И я тогда пообещала ему, что он увидит меня на дорожке. А еще ко мне тогда подошла Люся Чернова. «Надя, – говорит, – у нас не получается команда». Я стала тренироваться, выиграла чемпионат России по ветеранам, и мы поехали на чемпионат Европы в Бельгию. Знаменательно, что 9 мая мы одержали победу над немками. Я фехтовала в решающем бою. Так все и закрутилось.

На каких-то других соревнованиях произошла интересная встреча. Иду по залу, и мне навстречу с противоположного конца бежит итальянец Сальваторе – фамилию его уже забыла. Кричит: «Иванова!» А мы не виделись больше 20 лет. То есть для меня ветеранские соревнования – это возвращение к молодости. И потом, я горжусь тем, что способна выходить на дорожку и выигрывать. У своих сверстниц, почти всех, точно могу выиграть. В 2016 году я стала чемпионкой мира в личных, до этого выигрывала только в составе команды.

И, наконец, фехтовальщики-ветераны – это даже не сообщество, а настоящая семья. Мы вместе не только тренируемся, но и отмечаем дни рождения, юбилеи, Новый год, другие праздники. Фехтование очень сильно объединяет нас.

– Напомните, пожалуйста, какие у вас самые значимые достижения в ветеранском фехтовании.

– Медалей много. С чемпионатов мира две золотые медали – в личном и командном первенстве, две серебряные и 4 бронзовые. Причем один раз во встрече за 3-е место мне достался последний бой. За 10 секунд до его конца мы проигрывали три укола. За эти 10 секунд я сравняла счет, а на приоритете выиграла. А все уже думали, что останемся без медалей.

– Какое у вас самое яркое воспоминание из спортивной жизни? Чтобы аж слезы на глаза наворачивались.

– Победа на чемпионате мира в 2016 году. Причем своей сопернице, с которой фехтовала в финале, я чаще проигрывала. А тут повела со счетом 8:3 и поняла, что уже точно выиграю, не отдам эту победу. Я очень сильно радовалась, потому что в моем возрасте и со всеми моими болячками стать чемпионкой мира – это здорово.

– А самое яркое впечатление от вашей работы в клубе «Динамо»?

– Знаете, наверное, Олимпиада 2016 года в Рио-де- Жанейро, которая принесла нам бронзовые медали. Их завоевали наши воспитанницы Татьяна Логунова, Виолетта Колобова и Ольга Кочнева. Я гордилась тем, что именно наши девчонки составили костяк шпажной сборной, поднявшейся на пьедестал почета. Важно еще, что я присутствовала при этом. И, конечно, радовалась, когда Таня Логунова, девчушка совсем, в 2000 году стала олимпийской чемпионкой. Тогда она сумела вытянуть последний бой в командном турнире. Кстати, ее мама, Алла Большакова, тренировалась у моего папы.

– Три задачи, которые вам надо решить в ближайшее время?

– Очень надеюсь, что и Сережа Бида, и Виолетта Колобова выступят все-таки на Олимпийских играх в Токио. Надо их как следует подготовить. Из насущного – завтра у зятя день рождения. Поздравлю его. Замечательный парень. И самое главное – хочу, чтобы моя Кристина поборола болезнь.

– Действительно, на вашу долю выпало много всего. Но вы удивительным образом сохраняете самообладание.

– И надежду на то, что все будет хорошо. Только так. Прорвемся. Но есть у меня еще мечта: чтобы клуб вернулся на стадион, на свою историческую родину. Такую задачу мы ставим сейчас перед динамовским руководством. Есть обещание, что на стадионе «Динамо» будет построена Академия спорта, в которой оборудуют фехтовальный зал. Хочется верить, что придет время, и это обещание будет выполнено.

Интервью Александры Валаевой / Альманах «Фехтование» №03(40)/2020

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.